Жилище хантов и манси

В конце 19 века У.Т. Сирелиус описал около 30 типов жилых построек хантов и
манси. А ведь нужны
еще и хозяйственные сооружения: для хранения продуктов и вещей, для
приготовления пищи, для животных. Их можно насчитать более 20 разновидностей. С
добрый десяток наберется и так называемых культовых построек – священных амбарчиков,
домиков для рожениц, для изображений умерших, общественных зданий. Правда,
многие эти постройки при разном назначении схожи по конструкции, но тем не менее
разнообразие их удивительно.


Our chum

Сколько домов имеет одна хантыйская семья? У охотников-рыболовов бывает по
четыре сезонных поселения и на каждом – особое жилье, а оленевод, куда ни
приедет, везде ставит только чум. Любая постройка для человека или животного
называется кат, хот (хант.). К этому слову добавляются определения – берестяная,
земляная, дощатая; ее сезонность – зимняя, весенняя, летняя, осенняя; иногда
размер и форма, а так же назначение – собачья, оленья. Одни из них были
стационарными, то есть стояли постоянно на одном месте, а другие – переносными,
которые можно было легко ставить и разбирать. Было и передвижное жилище –
большая крытая лодка. На охоте и в пути часто пользуются простейшими типами
«домов». Например, зимой делают снежную нору – согым. Снег на стоянке
сбрасывается в одну кучу, и в ней с боку выкапывается проход. Внутренние стены
нужно быстро закрепить, для чего их вначале немного подтаивают с помощью костра
и бересты. Спальные мес­та, т. е. просто землю, покрывают еловыми ветками. Ветки
пихты мягче, но их не то что стелить — даже ру­бить нельзя; считалось, что это
дерево злого духа. Прежде чем от­правиться на покой, вход в нору затыкают снятой
одеж­дой, берестой или мхом. Если ночует несколько чело­век, то в снежной куче
выкапывается широкая яма, ко­торая накрывается всеми лыжами, имеющимися в
груп­пе, а поверх — снегом. Как только снег замерзает, лыжи вынимаются. Иногда
яму делают столь широкой, что для крыши требуются два ряда лыж и их в середине
ямы подпирают столбами. Перед снежной ямой иногда ставили заслон.

Заслоны
как зимой, так и летом строили самые разные. Наиболее простой способ: найти два
дерева, отстоя­щие друг от друга на несколько шагов (или вбить в зем­лю два
стояка с развилками), положить на них перекладину, прислонить к ней елки либо
шесты, а поверх на­стелить ветки, берестяное полотнище или траву. Если остановка
длительная или людей много, то ставят два таких заслона, обращенных открытыми
сторонами друг к другу. Между ними оставляют проход, где разводят костер, чтобы
тепло шло в обе стороны. Иногда здесь устраивали кострище для копчения рыбы.
Следующий шаг к усовершенствованию — установка заслонов вплотную друг к другу и
вход через специальное дверное отверстие. Очаг по-прежнему находится в середине,
но для выхода дыма необходимо отверстие в крыше. Это уже шалаш, который на
лучших промысловых угодьях строят более прочным — из бревен и досок, чтобы он
служил несколько лет.


Builder

Более
капитальными были постройки с каркасом из бревен. Их ставили на земле или
выкапывали под них яму, и тогда получалась землянка либо полу земляка. Следы
таких жилищ археологи связывают с далекими предками ханты — еще эпохи неолита
(4—5 тыс. лет назад). Основой таких каркасных жилищ были опорные столбы, которые
сходились вверху, обра­зуя пирамиду, иногда усеченную. Эта основная идея
разрабатывалась и усовершенствовалась во многих на­правлениях. Количество
столбов могло быть от 4 до 12; ставились они непосредственно на землю либо на
невы­сокий сруб из бревен и по-разному соединялись вверху, покрывались цельными
или расколотыми бревнами, а сверху землей, дерном или мхом; наконец, были
разли­чия и во внутреннем устройстве. При определенной комбинации этих признаков
получался тот или иной тип жилища.

Вот как
строят на Вахе мыг-хат — «земляной дом». Он выделяется над землей только своей
верхней частью, а нижняя углублена на 40—50 см. Длина ямы около 6 м, ширина
около 4 м. Над ямой по углам ставят четы­ре столба, на них вверху кладут
продольные и попереч­ные перекладины. Они служат «матками» будущего по­толка и
одновременно опорой для будущих стен. Для получения стен вначале ставят в наклон
на расстоянии шага друг от друга столбы, которые верхними концами опираются на
упомянутые перекладины. Два встречных бревна противоположных стен соединяются
еще одной перекладиной. На боковых стенах бревна в середине вы­соты скрепляются
поперечной перекладиной во всю дли­ну будущего дома. Теперь, когда готова
решетчатая основа потолка и стен, на нее накладывают жерди, а за­тем уже все
сооружение засыпают землей. Снаружи оно выглядит как усеченная пирамида.
Посередине крыши оставлено отверстие — это окно. Его закрывают гладкой
прозрачной льдиной. Стены у дома — наклонные, и в одной из них — дверка.
Открывается она не вбок, а вверх, т. е. чем-то похожа на западню в погребе.

Идея такой
землянки зародилась, видимо, у многих народов независимо друг от друга. Ее
строили кроме ханты и манси их ближние соседи селькупы и кеты, бо­лее дальние —
эвенки, алтайцы и якуты, на Дальнем Востоке — нивхи и даже индейцы
Северо-Западной Америки.

Полом в таких жилищах была сама земля. Поначалу и
для спальных мест просто оставляли у стен невынутую землю — возвышение, которое
затем стали обши­вать досками, так что получались нары. В древности огонь
разводили в середине жилища и дым выходил че­рез отверстие вверху, в крыше.
Только потом его стали закрывать и превратили в окно. Это стало возможным, когда
появился очаг типа камина — чувал, стоящий в углу у двери. Его основное
преимущество — наличие трубы, выводящей дым из жилого помещения. Собствен­но,
чувал и состоит из одной широкой трубы. Для нее использовали полое дерево и
ставили по кругу прутья, обмазанные глиной. В нижней части трубы — зев, где
разводят огонь и подвешивают на перекладине котел. О чувале сложена загадка:
«Внутри гнилого дерева ры­жая лиса бежит». Он хорошо обогревает дом, но только
пока в нем горят дрова. Зимой чувал топят целый день, на ночь трубу затыкают. В
фольклоре вокруг широкой трубы чувала завязано немало сюжетных узелков. Герой то
заглядывает в нее, чтобы узнать о происходящем в доме, то намеренно роняет
снежинку и гасит огонь. На улице ставили глинобитную печь для выпечки хлеба.

На первоначальных этапах своей истории ханты, как и
многие до них, строили землянки различного типа. Преобладали среди них землянки
с каркасом из бревен или досок. Из них появились в последующем срубные жилища —
дома в традиционном понимании слова для цивилизованных стран. Хотя, по
мировоззрению ханты, дом — это все, что окружает человека в жизни… Избы ханты
рубили из леса, стыки бревен конопатили мхом, другими материалами. Собственно
технология строительства рубленого дома мало изменилась за прошедшие годы.

Соседствуя на протяжении веков с ненцами, ханты
заимствовали у последних и максимально приспособленный для кочевья чум —
переносное жилище кочевников-оленеводов. В основе своей хантыйский чум подобен
ненецкому, отличаясь от него лишь в деталях. В чуме нередко живут две-три семьи,
и, естественно, жизнь регулируется морально-этическими нормами народа,
выработанными за века, правилами внутриродового поведения, эстетикой быта и
бытия. Чум еще не так давно покрывали листами бересты, шкурами оленя, брезентом.
В настоящее время он преимущественно покрывается сшитыми шкурами оленя и
брезентом.

Во временных постройках на спальные места настилали
циновки и шкуры. В постоянных жилищах имелись нары, также застилаемые. Полог из
ткани изолировал семью и, кроме того, защищал от холода и комаров. Свое­го рода
«микрожилищем» для ребенка служила колыбель — деревянная или берестяная.
Непременной принадлежностью каждого дома был столик на низких или высоких
ножках.

Для хранения домашней утвари и одежды устраивали
полки и подстав­ки, вбивали в стены деревянные штыри. Каждый предмет находился
на отведенном ему месте, некоторые мужские и женские вещи хранились раз­дельно.


Sacre place

Разнообразны были хозяйственные постройки: амбары — дощатые или бревенчатые,
навесы для вяления и копчения рыбы и мяса, конические и односкатные хранилища.
Строились также укрытия для собак, сараи с ды­мокурами для оленей, загоны для
лошадей, стайки и хлева. Для привязы­вания лошадей или оленей устанавливали
столбы, во время жертвоприно­шений к ним привязывали жертвенных животных.

Кроме бытовых существовали общественные и культовые
сооружения. В «общественном доме» хранились изображения предков дайной
социальной группы, устраивались праздники или собрания. Наряду с «гостевыми
до­мами» они упоминаются в фольклоре. Существовали особые постройки для
менструирующих женщин и рожениц — так называемые «маленькие дома». В поселках
или глухих, труднодоступных местах строились амбарчики для хранения предметов
культа. У северных групп обских угров име­лись миниатюрные домики, в которые
помещали изображения умерших. В некоторых местах строили навесы для храпения
медвежьих черепов.

Поселения могли состоять из одного дома, из
нескольких домов и крепостей-городков. Объем селений в большей степени
определялся космогоническими воззрениями народа, чем социальными потребностями.
Практиковавшаяся в недалеком прошлом политика «укрупнения» населенных пунктов
сегодня уходит в прошлое, и обдорские ханты начинают ставить дома в тайге, на
берегах рек, как и встарь.