Большинству эвенков, живущих в бассейне Подкаменной Тунгуски, известна игра «Умукэн Халганчулук» («Один c Одной Ногой»). Многие из представителей старшего поколения в детстве сами играли в Халганчулука, а юные эвенки знакомятся с обычаями предков на выступлениях ансамбля «Орончикан» («Оленёночек»), организованного в школе национального поселка Суринда по инициативе учительницы эвенкийского языка Марты Алексеевны Конорёнок.

Газета «Эвенкийская жизнь» (№ 49 от 13 декабря 2007) сообщает о том, что на олимпиаде по эвенкийскому языку в актовом зале Байкитской школы-интерната сценка «Чангит-Халганчулук» в исполнении детей из Суринды была встречена аплодисментами: «В исполнении Гаюльского Славы и Каяновича Саши «Танец охотников» и «Танец костра», сценка «Чаннит-Халганчулук», песни на стихи А. Немтушкина вызвали дружные аплодисменты».

8-9 августа 2009 года игра «Халганчулук» входила в программу празднования Дня аборигена в Суринде. Затем, по просьбе оленеводов, М.А.Конорёнок и «Орончикан» представили традицию «Умукэн Халганчулук» в бригадах Суриндинского оленеводческого хозяйства.

Ниже публикуется русский перевод одной из версий постановки «Умукэн Халганулук» из репертуара ансамбля «Орончикан». Оригинал на эвенкийском языке предоставлен М.А.Конорёнок.

Халганчулук — одно из наименований одноного, однорукого, одноглазого злого духа из эвенкийской мифологии. Изображая аргиш — караван эвенков на оленях — дети скакали на веточках-оленях, а злой дух Халганчулук гнался за караваном на одной ноге. Когда аргиш останавливался на ночлег, и люди ложились спать в чумах, Халганчулук крал спящих детей.

Профессор М.Г.Туров (Иркутский государственный университет) отмечает, что игра «Халганчулук» — это некая современная импликация (коллаж) каких-то древних верований и обрядов, связанных с представлениями о диких монстрах «чулугды».

По мнению автора, дидактическая функция игры «Халганчулук» основана на базовых этических категориях эвенков Подкаменной Тунгуски — «нголомо» и «нёнго» (К.А. Алехин, Некоторые вопросы коммуникативной культуры таежных эвенков, Сибирский этнографический вестник № 3 (4), Новосибирск, 2000).

Зачастую явление злого духа мыслилось материализацией совершенного греха («нголомо»). По свидетельствам эвенков на роль Халганчулука выбирался самый разумный и справедливый из детей, умевший в ходе игры рассуждать на темы добра и зла. Толкования вопросов жизни и смерти через причинно-следственную концепцию греха и воздаяния широко распространены среди эвенков.

 

С другой стороны, игра в Халганчулука учила участников обостренному восприятию неблагоприятных примет и знаков («нёнго»). Знак судьбы «нёнго» вносил в жизнь эвенка нестабильность и несправедливость, никак не связанные с нарушениями норм нравственности.

По словам К.А.Алехина, «жизнь эвенка предстает как игра против смерти по определенным жестким правилам. Нарушение правил неизбежно ведет к проигрышу, но и соблюдение их не гарантирует выигрыша. Подобную схему вряд ли стоит характеризовать в терминах оптимизма или пессимизма» (К.А.Алехин, Этнокультурная характеристика локального сообщества: на материале эвенков Суринды. Проблемы коммуникативной культуры, Новосибирск, 2001).

 

Марта Алексеевна Конорёнок (Павлова) —
учитель эвенкийского языка Суриндинской школы
Эвенкийского муниципального района Красноярского края

М.А.Конорёнок
Сценка «Умукэн Халганчулук»

Автор: Это давным-давно было. Кочевали в тайге эвенки – муж, жена и ребенок. Однажды шел их аргиш по лесу, вдоль берега реки. Переправились через реку и вышли на пастбище для оленей. Выбрали место для костра, расположились на стоянку. Поставили чум, сели, чай пьют и беседуют. Муж говорит жене.Муж: – Завтра утром на другую стоянку аргишить будем. Жена: – Нехорошо здесь. Надо бы поскорее уехать отсюда — оставаться здесь опасно. Это место мне кажется жутким. Муж: – Ложитесь спать, а я покурю.

Автор: Жена убрала посуду в короб, уложила ребенка и сама легла спать. Муж трубку курит и чистит ружье. Долго так сидел мужчина, но, наконец, и он уснул. Совсем стемнело. Особенно темной ночь была. Эвенки спят в чуме. И вдруг из тьмы вышел Халганчулук. Вошел в чум, огляделся – видит: люди лежат. Начал считать эвенков, говоря: букэл-экэл, брать-не брать, живи-умри.Халганчулук: – Букэл-экэл, букэл-экэл. Возьму-ка я ребенка – он маленький, а взрослого тяжело тащить. Автор: Своровал Одноногий ребенка и скрылся во тьме леса. Стало светать, взошло солнце. Проснулись муж с женой, посмотрели: а ребенка нет в чуме. Искали-искали, но нигде не нашли. Очень испугались. Муж: Нашего ребенка Халганчулук взял. Жена: Скорее бежим отсюда, на этом месте действует злая сила. Автор: Мужчина поймал оленей, быстро погрузили багаж, сели на оленей и откочевали на другое стойбище.

 

Источник: http://osiktakan.ru/ethnos1/umuken-khalganchuluk.html