Эвенкийский тупик


На добытчиков камня из Баунтовского района — семейно-родовую общину «Дылача» заведено уголовное дело. Их обвиняют в краже нефрита на сумму 600 миллионов рублей. «Дылача» активно защищается, выступая от имени эвенков, проживающих в Бурятии. Звучат заявления о том, что коренные народа севера лишают традиционных промыслов, обрекая на вымирание.

Семья эвенков в четырех поколениях: прабабушка, мама, дочь и внук . Их нехитрый маршрут по поселку не меняется годами — из дома в магазин и обратно домой, после чего те, кто помоложе — отправляются на рыбалку или охоту. Вечером — работа по хозяйству, а еще нужно как следует протопить печь, чтобы не замерзнуть в лютые морозы.

Прабабушка Елена Васильевна в поселке Россошино женщина известная. Когда-то она была лучшей охотницей. Сейчас и глаза не те, и слух подводит — благо родные рядом — помогают даже в общении с другими людьми.

Семья богато никогда и не жила, а в последние годы денег и вовсе катастрофически не хватает. Бедность заметна буквально в каждом углу этого ветхого дома. Работы давно нет, о ремонте и мечтать уж забыли. Внучка Елена вздыхает — не о такой жизни она мечтала.

Елена Найканчина: «Я работала в магазине сторожем, один год и все, и работы больше нет нигде. Сейчас вот по уходу за бабушкой копейки получаю 1800 и все». Лично я вот помощи не видела никогда».

Справка: Россошино — последний жилой поселок в среднем течении реки Большой Амалат. Здесь находится месторождение нефрита «Кавоктинское». По уровню разведанных запасов ценного минерала — одно из самых крупных и перспективных в Бурятии. Этот рудник разрабатывает семейно-родовая эвенкийская община «Дылача».

Местная администрация. Глава поселения Владимир Басаулов рассказывает — за последнее время в деревне народу стало в два раза меньше. На 360 жителей всего 70 рабочих мест. Бюджет мизерный, в этом году на благоустройство не выделили ни копейки. Люди живут только натуральным хозяйством. О теневом заработке односельчан глава говорит неохотно.

Владимир Басаулов — глава сельского поселения:

— Богатые здесь живут?

— Ну, с чего они богатые? Если кто и ездит наши – главное, на хлеб, да и семью прокормить, а чтоб разбогатели такого- то нет.

— Легально ездят?

— Ну, кто легально-то ездит?

Главе села вторит местный депутат Александр Батуев. В народных избранниках он уже восьмой год. Говорит, нелегальным заработком живет почти вся деревня. Для того чтобы прокормить свои семьи, мужчины вынуждены идти на нарушение закона. «Черные копатели» нефрита и рады бы устроиться официально на рудник Дылачи — но не берут там местных.

Александр Батуев — депутат сельсовета:

— Все загородили, охрана кругом. Не берут, потому что говорят: у них своего народу хватает.

— Даже эвенков не берут?

— Даже их не берут. Права эвенков ущемляются, в лес они не могут ходить в тот район, они тут вот, где все не добудешь, тут у них, пожалуйста, есть места.

Справка:

Бывший глава Баунтовского района Бурятии, экс депутат Народного Хурала республики Туракин Андрей Михайлович, уроженец села Джилинда Баунтовского района. В 1992 году организовал эвенкийскую семейно-родовую общину «Дылача» . В 1994 году «Дылача» впервые получила лицензию на разработку кавоктинского месторождения нефрита.

Бывшего депутата и главу в деревне видели раз — в аккурат перед выборами. Обращались с просьбами и надеялись на помощь — ведь народ в деревне бедствует.

Александр Батуев, депутат сельсовета:

— Обращались не раз к нему.

— Что просили?

— Ну, чтобы помог деревне-то подняться, вот школу там. «Гуманитарку» пришлет, ну что там: два копьютера может быть, может еще что. Ну и на этом вся помощь. Если он малые просьбы игнорирует, большие то тем более.
Бывшая поселковая столовая. Теперь здесь фельдшерский пункт. Здание осталось еще от старого совхоза. Людмила Конюкова рассказывает: ремонт делали сами, побелили, покрасили, привезли кое-какую мебель. Здесь работают всего четыре человека на всю деревню. Из врачей только медсестра и фельдшер. Россошино постепенно вымирает — записи о смерти делают чаще, чем о новорожденных.

Лариса Конюкова — медицинская сестра: «Вот в прошлом году у нас, за 2011 год, — 9 умерло, крупозная пневмония сердечно-сосудистые, онкозаболевания, сердечные . И в этом году 8 уже онкозаболеваний, алкогольный цирроз».

Зарплата санитарки около шести тысяч, у фельдшера — главного медика на селе — 15 тысяч. Отсюда и текучка. Например, Татьяна теперь уже бывший фельдшер — недавно уволилась.

Татьяна Конюкова – фельдшер:

— У меня растет ребенок, и мы собираемся уезжать за пределы Баунтовского района.

— Почему?

— Ну, здесь деревня-то угасает, нужно что-то новое, в люди нужно.

Экспозиция предметов быта эвенков, литература о коренном населении Россошино: все собрано сельчанами на голом энтузиазме. Правда, в этом году повезло — в фонд поселковой библиотеки поступило сразу аж 42 новые книги(!) — редкая удача, говорит Надежда Михайловна. А вот на самое необходимое, денег по прежнему нет.

Надежда Ёлшина — заведующая Россошинской сельской библиотекой: «Мне вот нужно 6 тысяч на подписку периодики на первое полугодие 2013 у меня есть заявка, у меня есть вся смета, но я не знаю — будут ли у меня деньги. Потому что очень сложно с этим».

Писать письма, просить, доказывать что библиотека — единственный очаг культурной жизни поселка она, говорит, уже привыкла. При этом помощь от известного земляка, выступающего сегодня от имени эвенков, в последний раз поступала в конце девяностых.

Надежда Ёлшина — заведующая Россошинской сельской библиотекой: «Имея такие вот деньги, почему бы не сделать что-то? Что-то сделай одно, — люди о тебе будут хорошее слово говорить».

Старого сельский клуб. Он был один на всю деревню. Сюда с концертами приезжали артисты из Улан-Удэ и Читы. Сгорел клуб в середине 90-х годов, с тех пор на его восстановление не нашли денег не богатые районные меценаты, ни местные власти .

Рядом с клубом детский сад. Сюда ходили почти 60 ребятишек со всего Россошино. В прошлом году его признали нерентабельным. Детский сад закрыли, а воспитанников перевели в здание начальной школы.

Между тем, объем, экспортируемого «Дылачой» нефрита, только растет.

Справка:

С 2006 по 2008 годы «Дылачой» продано более 240 тонн камня. В 2011 году семейно-родовой общиной добыто 360 тонн нефрита-сырца. 90 тонн продано в Китай, где стоимость килограмма белого нефрита достигает пяти тысяч долларов. Можно говорить о том, что доход «Дылачи» исчисляется сотнями миллионов долларов.

Одну из дорог местные жители называют нефритовой, здесь ходит специальное маршрутное такси, правда не совсем такси, а вездеход. Стоимость проезда 150 тысяч рублей (!). За эти деньги нелегальных добытчиков камня довозят до рудника, а дальше уж как повезет.

Некий мужчина называет себя «черным копателем». Он просит не показывать его лицо. Говорит, так как он добывает нефрит, его добывает и вся деревня — другого выхода у людей просто нет. Но разбогатеть пока, мало, у кого получилось.

— Это лотерея даже не 50/50. Люди стремятся с ажиотажем приезжают сюда. Обыкновенный человек с деревни, обыватель, приезжает, берут кредиты, в надежде обогатиться.

Уехать из Россошино — главная мечта почти всех его жителей. А если повезет — продать еще и дом. Правда, с этим повезло не многим. Рекордную сумму в 15 тысяч за дом с участком выручили в прошлом году. Эти деньги для жителей поселка — почти состояние. В основном же жилье просто бросают, такого здесь едва ли не пол села. Разбогатеть ни у кого не получается, более того, эвенки сетуют — живем на нефрите, а денег в поселке нет.

Справка:

Сегодня руководители эвенкийской родовой общины «Дылача» подозреваются в незаконной добыче 20 тонн нефрита. По данным следствия, с мая 2011 года по октябрь 2012 подозреваемые организовали нелегальную добычу нефрита на территории Кавоктинского месторождения с последующим вывозом в Китай. Ущерб государству превысил 600 млн. рублей. Заведено уголовное дело по статье хищение в особо крупном размере.

Михаил — самый младший из правнуков в большой семье. Единственный мужчина в доме. В свои 16 рассуждает совсем по-взрослому. Молодой человек мечтает стать механиком, найти хорошую работу, завести семью. Приезжать в родное село, говорит, будет не часто, только, чтобы навестить родителей.

Остаться же в Россошино — значит обречь себя на прозябание и, в конце концов, спиться. Михаил все давно решил. Ему осталось лишь закончить школу, собраться в дорогу, сесть на попутку и навсегда уехать из эвенкийского тупика.

Источник http://tvcom-tv.ru

Добавить комментарий