Богини-матери

Mother-Earth, Ancient Ugra, 1999

В триаду главных божеств наряду с Нум-Торумом входит Калтась-анки, Мых-ими
(хант.), Калтась-эква, Ма-эква, Йоли-Торум-сянь (манс.). В фольклоре её эпитеты
– «кожистая земля, волосатая земля». Это богиня земли, защитница от болезней и
подательница детей. В последней функции ей близка восточнохантыйская Пугос,
считающаяся также матерью огня. До создания мира её жилищем служил город,
укреплённый на семи цепях между обоими мирами. Оттуда она была спущена
Нум-Торумом на землю (или сброшена туда за проступок).

У восточных хантов Сунк — «главная женщина», «мать всего», «небесный бог»,
«мать огня», «солнце», «вообще свет». С Сунк соотносится и образ Анки-пугос
(Анки-nyYoc ) «жизнеподательницы», по преданию, матери родных братьев Торума и
Кынь-лунга.

Манси считают матерью всех богов и женой Верхнего бога богиню Сянь-торум.

Анки-пугос (Сянь, Калтась-ими, Пугос-ими, Пугос-лунг, Косым-ими, Ом-сунг-ими,
Ар-хо-тым-ими, Вут-ими, Сязи-ими) — вездесуща. Она пребывает на небе, на
востоке, в лесу, под деревьями, в воде. Небесная Пугос изготовляет душу
человека, качнув семь раз семь колыбелей на золотой крыше своего жилища. Посох
ваковской матери — ими увешан нитями судеб с завязанными на них узелками. Судьбу
новорожденного Анки предсказывает в тот момент, когда его впервые выносят на
солнце. Приклады ей делаются на дереве (платки, шкуры), угощение — в жилище.

Её наряд (у манси) — соболья ягушка и шелковый платок, у хантов — цветной
плащ. По легенде, косы Золотой Калтась раскидываются как семичастная Обь с
устьем, как семичастное море с устьем; из кос ее льется дневной свет, рождается
лунный свет».

Образ Калтась – комплексный, миф демонстрирует её различные функциональные
роли.

Первоначальное значение имени богини у манси Калтась – «пробуждающая,
рождающая, создающая». Она оказывает помощь беременным женщинам и роженицам. От
неё зависит, от кого из умерших старших родственников новорожденный получит
душу.

Одно из имен богини материнства — Ар-хотым-ими — «Многих-домов женщина». Тех
«домов», которые называются потлам-хот — «темное вместилище (дом)». Это женское
чрево. У обских угров существует обряд камлания в «темном доме» (турманкол). Он
проводится при крайне тяжелом состоянии роженицы, когда нижний дух (тэнайн куль)
требует ее себе в жертву. Шаман камлает ночью в совершенной темноте. Трудно
ошибиться в распознании места, где символически происходит темное камлание.

У Калтась имеется и другая роль, существенно связанная с предыдущей. В мифах
манси не делается различия между Калтась-эквой и Торум-сянь (Землёй-матерью),
которую именуют ещё Ань-эквой (бабушкой), поясняя, что она — «общая мать».
Сянь-торум принимала участие в сотворении мира.

Еще одно имя богини — Ом-сунг-ими (Сидящая мать-дух). Ее «сидение»
соотносится с позой роженицы, стоящей на коленях и опирающейся на руки. В этом
положении она — богиня Земли, жена Торума. Иногда в угорских преданиях сонм
Матерей Земли увеличивается, и вот уже появляется богиня Мых-пугос-анки
(Земли-пуповины мать), у которой есть муж Мых-кон-ики («Земли князь-старик») и
дочь Мых-анки («Земли мать»).

Таким образом, в образе Калтась совмещаются черты Матери-земли,
Жизнеподательницы и фратриального предка.

 «Земляной» представляется Калтась в образе белой зайчихи. В мансийских
легендах заячьи шкурки, из которых сделана обувь менква, громким криком
предупреждают Эква-пырися («Женщины сынка») о грозящей опасности. Мотив «зайца»
— излюбленный орнамент женских вещей: черпаков, рукояток женских весел, крюков.
Не случайно и в родильном обряде одеяльце для первой люльки шьется из шкурки
зайца.

«Земно-водным» образом Анки (Калтась) является лягушка. Богиня-лягушка
Нярас-най («Болотная Великая женщина») или Лус-Халь-эква («Между кочками живущая
женщина») считается родоначальницей одной из угорских фратрий. Как и Калтась в
облике зайчихи, Анки-лягушка участвует в обрядности родин: у восточных хантов
повитуха при родах держит платок с вышитой на нем бисером лягушкой.

«Небесно-водной» ипостасью богини материнства выступает гусь или лебедь. Из
лебединой шкурки шьется одеяльце для новорожденного. Сочетание лебедя и зайца
как воплощений Сянь (Калтась), вполне объяснимо чередованием времен года: зимой
богиня надевает заячий наряд, летом — лебединый (при этом сохраняя свой
священный белый, березовый цвет).

В одном ряду с Калтась стоит Огонь-мать Най-сянь, Най-эква (манс.) – сестра
Нуми-Торума. К ряду небесных Матерей относится и Котль-анки – «Солнце-мать».

Богини-матри курировали у хантов и манси в основном сферу жилья. Их функции
были связаны с поддержанием жизни в доме. Поэтому считалось, что бабочка (одна
из ипостасей Калтась-эквы), залетая в дом, приносит счастье, а о бедах,
грозивших обитателям дома, их предупреждал огонь очага. В образе Калтась
проявился архаичный культ матерей, связанный своими корнями с древнеуральской
традицией.